- Алло. - Алло, Сережа, сынок, ты где? - Это не Сережа...


— Не переживайте, он жив и здоров - в плену у батальона Донбасс.
В трубке секундная тишина, и дичайший крик сквозь слёзы: «Коостя! Костя! Серёжа в плену.
Ты слышишь, он в плену у фашистов".
— Да не переживайте вы, всё с вашим сыном будет нормально.
Но в трубке слышен только женский плач, настоящая истерика, рядом слышится голос:
— Дай трубку мне, это скорей всего аферисты звонят, сейчас деньги требовать будут. Женщина кричит:
— Зачем я тебя, старого дурака, послушала, надо было заплатить и всё. 
Тут в трубке голос того самого Кости, который взял телефон: 
— Слышите, уроды укропские, я гвардии старший лейтенант в отставке Константин Ф…..о, если с головы моего сына упадет хоть один волос, я вас всех найду и на части разорву, поверьте, я знаю, как это делается. 
Опять я: 
— Алло, вы слышите, мы вам для этого и звоним — приезжайте, заберите вашего сына. — У меня нету таких денег, которые вы запросите, я ветеран и инвалид, но я вас всех найду, вы слышите …. (череда мата). Я ещё могу держать оружие в руках, я в Афгане…. 
— Алло, меня не интересует ваша биография, приезжайте и заберите вашего сына. 
В трубке слышится только перепалка между родителям, хочу положить трубку. Подходит наш старший:
— А ну, дай трубку, я с этим афганцем поговорю. — Алло? Филин, ты слышишь? 
На другом конце гробовая тишина 
— Алло, б…дь, Филин, я знаю, что ты меня слышишь. 
Оттуда едва слышно: «Аллоооо." 
— Ну вот, отозвался, что , б…дь, не узнаёшь боевых товарищей, совсем память отшибло? 
— Саня, это ты? 
— Ну, а кто ещё? 
— Ты что, тоже в плену? 
— В каком, на …й, плену? Ты что, совсем там ё....ся? Телевизор меньше смотри. Я командир украинского батальона Донбасс. 
— Как командир? Там же одни террористы и фашисты. 
— Ты большую часть этих фашистов и террористов уже лет тридцать знаешь…Ты же Федота помнишь? Сеню и Ваську Рыжего, все тут старички воюют, много, кто из наших донецких здесь. 
Снова тишина, и уже неуверенным голосом: 
— А Андрюха, мой кореш где? 
— Андрюха на том свете уже, погиб ещё в июне, одним из первых.
— А я звоню ему, а у него телефон выключен, я подумал, он в Россию сбежал. 
— Приедешь, расскажу лично, как Андрюха от нас сбежал. Ты сына забирать-то приедешь? 
— Приеду, конечно, приеду, только как? 
— Молча, через Харьков, по-другому никак, мои ребята тебя встретят. 
— Завтра выеду. 
— Вот тебе телефон, тебя встретят и проводят куда надо.
Через два дня батя пленного солдата российской армии был уже в той самой хате, пил горькую с командиром на пару и вспоминал другую войну. 
На утро двух пленных пацанов и батю, лейтенанта в отставке, с кем я разговаривал, повезли назад на границу с Россией. 
Ещё через сутки батя появился в нашем расположение снова: — Я тут подумал и решил не уезжать, пацана в Киев отправил, а сам к вам. Оружие дадите? Хочу бить этих кремлёвских фашистов, Путин мразь брехливая ещё та.  И заплакал...

Proudly Powered by Blogger.