9 месяцев после так называемого референдума в Крыму. И чё?

В середине марта в Крыму прошел референдум, – и вот Крым уже часть России. Оставим за бортом рассуждения, честно ли он прошел. 
По моим впечатлениям – значительная часть населения (около 40 процентов) на референдум все-таки пришла. 
Чего они хотели? Действительно ли им хотелось почувствовать себя именно гражданами России? Думаю, нет. 
Потому что, если бы да, то давно уже можно было продать квартиру в Крыму и переехать в Россию. 
Думаю, превалировала мысль: «Теперь зарплаты и пенсии будут российские, раза в три больше! Эх, заживем! 
И Путин обещал, что не нужно будет платить за ЖКХ до 2020 года!». То есть, интерес был чисто корыстный.
Что же получили крымчане в результате? Попробуем разобраться. Тут будет много цифр, их не нужно бояться.
Население Крыма – старое. В нем велик удельный вес пенсионеров. Так исторически еще при СССР сложилось, что сюда, в Крым, на покой уходили военные пенсионеры. Послужил офицер на Тихоокеанском флоте, потом на Северном, а ближе к пенсии уже заслужил дорабатывать в Крыму, где и оставался с семьей. 
 Пенсионеров тут более 40 процентов. Вторая значительная часть взрослого населения, о которой мы будем говорить ниже – служащие. 
Это врачи и медсестры, учителя, библиотекари, и, конечно, чиновники и полицейские. Их, я полагаю, около 20 процентов от всего населения.
Еще 20 процентов – это наемные сотрудники, люди получающие зарплату не от государства. Вот об этих трех группах мы и будем говорить.
Пенсионеры. Средняя пенсия тут в начале 2014 составляла около 1100 гривен (или около $135). В настоящее время средняя пенсия по Крыму составляет около девяти тысяч рублей (или $145). 
Ощущаете разницу? Да не очень… Конечно, летом, когда рубль еще не начал свое стремительное падение, разница была значительнее. Но выросли цены на продукты питания.
Мне трудно сравнивать с ценами на Украине, – вы это сделаете сами. Делить нужно на три, чтобы понять, сколько продукты в Крыму стоят в гривнах.
Свинина – 320 руб.
Яйца – 60 руб.
Молоко – 45 руб.
Картофель – 25 руб.
Масло – 240 руб.
Согласно статистике, в среднем продукты за полгода в Крыму подорожали примерно на 40 процентов. 
На столько же подорожали и лекарства. Это значит, что на свою пенсию крымчанин сможет съесть на 40 процентов меньше.
То есть, на самом деле, реальная покупательская способность пенсии стала ниже, чем была до аннексии Крыма. 
А ведь впереди повышение тарифов на свет-воду-газ до российского уровня, – то есть в три раза!
Тут нужно сказать, что большая часть пенсионеров в прибрежных городах зарабатывала на сезоне. Главным образом, сдавая жилье курортникам. 
А сезона в этом году не случилось (даже по официальным данным он составил не более 50 процентов от уровня 2013 года).

И если санатории, куда по льготным турпутевкам приезжали жители Сибири, еще как-то свели концы с концами, то реальный заработок пенсионеров упал раза в три. 
И в ближайшие четыре-пять лет картина не поменяется, – об этом будет ниже. То есть, пенсионеры в Крыму стали жить хуже.
Служащие и силовики. Этим 20 процентам повезло больше всех. Зарплаты у учителей поднялись до 15 тысяч рублей. 
 Столько же получают и врачи. Зато теперь запрещено брать деньги у больных за лечение. Один мой знакомый доктор сказал, что то на то и вышло. 
Но что больше волнует их, – эти зарплаты складываются из собственно зарплаты и ежемесячной премии, а премии могут и не дать.
И с нового года, говорят, премии отменят. И у учителей нет больше денег на оздоровление (два оклада), и запрещено собирать деньги в фонд школы или класса. 
А в полицию, где зарплата от 16 тысяч рублей, взяли не всех, а только тех, кто сдал нормы ГТО, – тех, кто без брюшка, и способен десять раз отжаться от пола. (Нормы ГТО с 2015 года, к слову, будут сдавать все – от школьников до пенсионеров).
И наконец, наемные сотрудники. Это продавцы в магазинах, строители и т.д. А этим зарплату никто и не поднимал. 
Просто умножили прежние гривни на три, – вот и зарплата. Подымать потому что не с чего (ниже будет про мелкий бизнес). 
Этим труднее всего. Продукты выросли в цене на 40 процентов, вы помните, – пришлось на четыре дырочки затянуть пояса.
Бизнес.
Крупный бизнес. Его нет. Ну, то есть, на пальцах одной руки можно пересчитывать действующие эффективные предприятия. Именно с них и началась национализация или рейдерские захваты. 
Уже в апреле были национализированы порты в Севастополе, Евпатории, Ялте и Феодосии, судостроительные компании в Феодосии и Севастополе, санатории и пансионаты на ЮБК.
Причем, национализация идет по нарастающей. Какой итог? Порты снизили свою загруженность на 75%. Заказов у завода «Море» нет, нефтеперевалка остановилась, загрузка санаториев упала вдвое. 
 Главная причина – санкции запада. И не придут сюда инвесторы, не построят новые заводы и не переоборудуют старые. 
 Потому что российским сейчас не до того, у них нефть и рубль валятся, а иностранные не придут из-за санкций.
Мелкий бизнес. Ему плохо. Подсчитывая число ЧП, перерегистрировавшихся в рамках российского законодательства, налоговики констатируют: число предпринимателей сократится раза в три. 
 Знакомая, – у нее маленький магазин в спальном районе (хлеб, колбаса, немножко овощей, алкоголь), – разводит руками. 
Буду, говорит, закрывать магазин, невыгодно. Российское законодательство заточено под крупный бизнес: продавать алкоголь может только магазин (или кафе) от 50 кв.м., причем только предприятие с уставным фондом не менее одного миллиона рублей. 
Аренда дорогая, если отказаться от алкогольных напитков, магазин в плюс не сработает. Это значит, что два продавца останутся без работы. 
 Это только один маленький пример. А вот второй: приходит представитель МЧС и сообщает, что теперь в любом офисе, – будь-то парикмахерская или кафе, – нужно менять систему пожарной сигнализации. 
Потому что там и провода украинские, и датчики дыма тоже. Шесть лет назад, ремонтируя офис, я заплатила за пожарную сигнализацию $1800. Теперь нужно проложить новую, и потратить, по меньшей мере, еще столько же.
А иначе какой-то жуткий штраф. И тут же в магазин стучится сотрудник санэпидстанции (теперь тут он называется Роспотребнадзор), у него новые требования… 
То есть, или закрываться, или поднимать цены. И так везде: в парикмахерских, в кафе. И когда я вижу закрытые двери еще вчера открытых магазинов с надписью «Сдается в аренду», я понимаю: без работы осталось еще несколько человек.
Банки. После вакханалии марта, когда почти одномоментно из Крыма ушли все украинские банки, когда кредитные карты стали просто мусором, – ситуация в банковской сфере начала налаживаться. 
Пришли крохотные российские банки, которые уже даже сделали сеть банкоматов, и вот на минувшей неделе в двух магазинах появились терминалы: там можно расплачиваться картами! Но! Карты эти действительны только в банкоматах и терминалах какого-то банка, причем только на территории Крыма. 
Снять со своей карты Visa деньги в банкомате Ростова я уже не смогу. Никаких кредитов бизнесу, причудливые очереди в отделения банков…
Свет-газ-вода. С этим плохо. В Севастополе начались веерные отключения света. Электроэнергию Крым покупает у Украины. 
Судя по всему, платит нерегулярно, потому что только и речь, что об отключениях. И вот уже завезли генераторы, и устанавливают их в больницах и школах. 
А что делать остальным? Ждать в темноте, пока Россия построит электростанцию? Так не построит. А своей энергии (ветро- и солнечных станций) хватает только на 15-20 процентов.
Воды Крым не получает с весны. И видимо, получать не будет. Ничего, сказали местные чиновники, мы будем бурить скважины. Но со скважинами получилось плохо, похоже. И вот в Севастополе уже введен лимит потребления воды, – ее в местном водохранилище осталось на пару недель. 
В Симферополе с проблемой воды столкнутся в марте. А в Судаке строят опреснительную станцию, – будут добывать питьевую воду из морской. 
Но оказалось, что это даже затратнее, чем возить воду фурами из Ростова. Тут больше не выращивают рис, сильно сократилось овощеводство: поливной воды для этого нет!
Внезапно начались проблемы и с газом. Черноморнефтегаз, который добывает газ рядом с Крымом, разводит руками: декабрь теплее обычного, а потребление газа в Крыму почему-то в два раза больше, чем в минувшем году. 
Экономить надо, говорят, а то до весны не дотянем.
Не удивлюсь, если этой зимой в Крыму одна из этих проблем встанет в полный рост. Если не все три. 
Причем, проблемы нерешаемые: никто не тянет из Россию в Крым ни электрокабель, ни газо-, ни водопровод. Вот мост построят, – о нем ниже, – вместе с ним придет и энергия, и газ.
Транспорт. Аэропорт. Самолеты летают только в Россию. Ну или в Турцию, но все равно через Россию. 
Рейсов в Россию много, но аэропорт один, вкладывать особенно в его расширение никто не берется, – дело слишком дорогое.
Как результат, – аэропорт летом работал на пределе своей нагрузки, и перевез около 500 тысяч пассажиров. Лоукосты не прижились, цены Аэрофлота достаточно высоки.
Железная дорога. Она, как вы понимаете, национализирована. Раньше на нее приходился основной поток туристов. 
 Теперь в день в Крым приходит всего с десяток поездов. Из Киева – два из шести, которые курсировали в 2013. В Феодосию поезда больше не ходят вообще, в Керчь приходит один московский поезд. 
Из Украины в Крым люди практически не едут на отдых, а россияне, насмотревшись ТВ, ехать через территорию «жидо-бандеровской» Украины хоть на поезде, хоть на своем автомобиле боятся. Пассажиропоток сократился в разы.
Керченская переправа. Она перевозит как грузовые фуры с продовольствием, так и пассажиров. 
Летом так даже и поезда перевозили, – потом поняли, что это глупо. Осенью переправа больше стояла, чем работала. То туман, то шторм. То есть, едете вы, скажем, на машине в Ростов, – а переправа закрывается. 
Причем, неизвестно на сколько. И вот вы сидите в машине, и буквально ждете у моря погоды, – причем сидеть можете и два, и три дня.
Из удобств – только биотуалет и киоск, где можно купить пирожок и стаканчик кофе…
Мост! Все же ждут мост. Он – решение всех проблем, с ним в Крым придет электроэнергия и газ! По нему пойдут поезда! 
О нем пишут еженедельно. То, говорят, вместо моста будет тоннель (так дешевле), то все-таки мост, причем двухэтажный, с железнодорожным полотном. Но идет месяц за месяцем, а никто не взялся еще даже за проект. 
Сначала, вроде бы, мост должна была строить китайская фирма. Но под санкции те идти отказались, как отказались и от реконструкции порта Евпатории. 
Российское предприятие, которое вроде бы взялось строить мост, две недели назад вдруг развело руками: не осилим. 
Путин летом указывал, что мост должен быть до конца 2018 года, но вот уже говорят о 2020, – ждать моста, получается, придется даже не три обещанных года, а все шесть. С веерными отключениями света и газа.
А мост – он самое узкое место Крыма. Не приедут сюда курортники, если не будет моста. Так и будут фуры с продуктами стоять по неделе в очереди на паром (сколько же продуктов в них испортилось!..) 
Так и останется Крым дотационным, и будет стоять с протянутой рукой, так и будет чемоданом без ручки. За эти шесть лет обветшают и так уже не новые гостиницы и санатории, закроются навсегда кафе.
Стало ли лучше Крыму после аннексии? И если да, то кому? Экономически – только чиновникам.
И за каждым плюсом стоит свой минус. Выросли пенсии, но выросли и цены на продукты.
Бензин дешевле, чем в Украине, но нужно выстоять недельную очередь, чтобы поменять номера на автомобиле. 
А потом еще столько же (утром и вечером отмечаться в списках), чтобы поменять права. И вернулся техосмотр.
Есть бесплатное питание в больницах, но чтобы записаться на прием в поликлинику, нужно прийти к шести утра, выстоять на улице в очереди, и может быть, удастся получить талончик на прием к терапевту или хирургу.
Вернулся призыв на военную службу. Причем, если весной говорили, что крымчане будут служить только в Крыму, то сейчас об этом речь уже не идет. 
Более того, для всех мужчин обязательна смена военного билета. И с января все крымские предприятия должны уволить мужчин, не вставших на российский воинский учет.
Бюджет Крыма на 2015 год дотационный на 75 процентов. Это очень, очень опасная цифра. Россия входит в кризис. 
 Станет ли она тратить при этом средства на Крым? Будет ли продолжать кормить крымских пенсионеров? Строить тут детские сады? Ремонтировать дороги?
А что же сами крымчане? Надо сказать, что поддержка аннексии тут была, безусловно, не 100 процентов. 
Конечно, пенсионеры косяками валили на референдум, но цифры, которые были нарисованные по его результатам, далеки от реальных. 
И сейчас они, пенсионеры, с трудом отрываясь от телевизоров с российскими выпусками новостей, радостно потирают руки и говорят: «Надо потерпеть! 
Москва не сразу строилась!» Только срок «терпения» все удлиняется: летом говорили, что потерпеть нужно до зимы, сейчас – до строительства моста. Вот построят мост – и заживем! 
А пока их дети будут сидеть без работы, а внуки пойдут служить срочную в Чечню. Вот только рубль начинает беспокоить! 
И пустеют полки в супермаркетах Симферополя.
И да, многие из Крыма уехали в Украину. Точной статистики нет, но тысяч 100. Это примерно все население Евпатории… Или Феодосии…
Семьями уезжали крымские татары, уехали студенты украинских ВУЗов и журналисты (работать, когда твои же читатели грозят тебя сдать в ФСБ, за то что мало хвалишь Путина, – тяжело), уехали те, кто может работать дистанционно (IT-сфера). 
Но сотни тысяч просто не решились уехать, – а если не найдешь в Киеве или Харькове работу, где тогда жить, чем кормить детей? Как оставить стариков-родителей? На кого бросить дом или квартиру?
Что будет дальше? Думаю, только хуже.
П.І.

Proudly Powered by Blogger.